В НКВД были вызваны свидетели – председатель колхоза и некая супружеская пара, к которой, бывало, заходил отец Николай; в ответ на предложение следователя рассказать о священнике они рассказали о нем все, что знали. О том, что он вырос в бедной крестьянской среде и во время гонений лишился последнего имущества, но это не смутило священника, так как отец Николай ко всякому труду был привычен. В первую очередь он был добросовестным пастырем, но не гнушался и никакой крестьянской работой, зарабатывая себе зачастую на жизнь тем, что вставлял стекла в домах крестьян и делал им кадки.
Пока свидетели рассказывали о священнике, следователь Что-то писал на листе и, когда те закончили, подал им подписать протокол допроса. И настолько были велики – у одних доверие, а у других страх перед НКВД, что они, не прося его зачитать и не читая сами, расписались под тем, что написал следователь о контрреволюционной и антисоветской деятельности священника. 5 сентября следователь, допрашивая отца Николая, сказал:
– Следствию известно, что вы среди населения вели контрреволюционную работу. Признаете вы это?
– Нет, я это отрицаю, так как никакой контрреволюционной работы не вел.
– Следствию также известно, что вы среди населения клеветали на советскую печать. Признаете вы это?
– Нет, я это отрицаю, – ответил священник.
Поскольку у следователя было достаточно подписанных лжесвидетельств, он не слишком домогался признаний от священника в его антигосударственной деятельности и уже 8 сентября составил обвинительное заключение и передал его на решение тройки. 22 сентября тройка НКВД приговорила священника к расстрелу. Протоиерей Николай Житов был расстрелян 25 сентября 1937 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.
Заказать рукописную икону священномученик пресвитер Николай Житов